Аграрная и налоговая политика царизма в Кыргызстане

Из года в год все более тяжелым становился налоговый пресс, экономика Кыргызстана имела характер сырьевого придатка Центральной России. Кочевники облагались кибиточной податью с каждого отдельного хозяйства, но сумма налога деньгами определялась с аила в целом. И отвечали за сбор этого налога местная аильная и волостная администрация. Налоги должны были ударить в первую очередь по зажиточным хозяйствам, имевшим большое поголовье скота, но так как их сбор скоро прибрали к своим рукам возглавившие местную администрацию манапы и баи, то основную тяжесть поборов они перекладывали на плечи рядовых кочевников. Земледельческое оседлое население облагалось двумя видами налогов: херадж -- с посевных земель и танап -- с огородно-бахчевых культур. Херадж взыскивался зерном, танап -- деньгами, сумма его из года в год менялась--преимущественно в сторону увеличения. Кроме того, население отбывало всевозможные натуральные и земские повинности -- исправление дорог, ирригационные работы, предоставление транспортных средств и топлива для воинских частей и т. п. Налоговый и социальный гнет усугублялся национальным неравенством, особенно в наделении земельными угодьями переселенцев, что болезненно воспринималось коренным населением.

Колониальный гнет царизма. Андижанское восстание 1898 года

Налоговый и социальный гнет усугублялся национальным неравенством, особенно в наделении земельными угодьями переселенцев, что болезненно воспринималось коренным населением. Поэтому, когда в 1898 г. ферганские узбеки и кыргызы в окрестностях Андижана и Оша поднялись против царизма, восстание приняло антирусскую направленность под лозунгами газавата. Его возглавил «святой человек» -- ишан Магомед-Али Халиф Мухаммед-Сабыр оглы (сокращенно -- Мадали), у него было и другое прозвище: Дукчи-ишан («веретенщик»). 17 мая 1898 г. в селении Тамчи-Булак, в 20 верстах от Оша собралось около 300 человек из Наукатской волости, были вооружены ножами, самодельными пиками, кетменями, просто дубинками. Возбуждение толпы поддерживали несколько мюридов Дукчи-ишана, а верховодил некий Оморбек Алимов. Однако среди повстанцев нашлись такие, кто предупредил царских офицеров в Оше об опасности. Решительные действия воинского начальника предотвратили кровопролитие в г. Оше и его окрестностях. Трагическая развязка произошла в Андижане. Восстание с самого начала было обречено на неудачу. Дукчи-ишан был схвачен и повешен. Жестокое наказание понесли и его ближайшие сподвижники. Но главный удар обрушился на букару. Властями по этому делу было привлечено к суду 257 кыргызов, не считая представителей других национальностей. Решением военного суда в Оше было осуждено на смертную казнь 106 человек. Правда, опасаясь нового возмущения, казнь им заменили многолетней каторгой.